Новый сборник Наума Блика «Признаки жизни. 2021–2026»
Наум Блик (настоящее имя — Дмитрий Иордатий) — екатеринбургский поэт, рэпер и режиссер. Его работы с группой «EK-Playaz» считаются классикой уральского рэпа, а его сольные альбомы неизменно получали высокие оценки в русскоязычной хип-хоп-среде. Наум Блик одним из первых поставил эксперимент, «скрестив» тексты русских поэтов с хип-хопом. Это произошло в 2010 году в рамках проекта «Re: поэты». В альбом вошли треки на стихи Гумилева, Маяковского, Тютчева, Бродского, Пушкина и других поэтов-классиков. На базе альбома Блик поставил спектакль и сыграл в нем главную роль. Наум Блик — создатель либретто и участник труппы балета «Конек-Горбунок» в театре «Урал Опера Балет» (реж. Вячеслав Самодуров).
Весной 2022 года Наум Блик эмигрировал во Францию, обратившись в парижское «Atelier Des Artistes En Exil» («Ателье артистов в изгнании»). Но местом его работы стал ресторан «Burger King».
По словам Наума Блика, рэп для него — современная форма поэзии, а стихи — выход за рамки любимого жанра.
Что касается французского языка, то я учил его в школе, а потом продолжил изучать на журфаке Уральского университета, — рассказывает Наум Блик. — Многое подзабылось. Но в моей биографии был такой факт: первый свой рэп-куплет я зачитал на французском языке. Это был куплет из песни Патрисии Каас, который я просто превратил в рэп. Мне тогда было 18 лет. А в 2011 году мы с группой «Триагрутрика» записали песню «Как выжить в Париже». Это был, наверное, один из лучших гостевых куплетов в моей карьере. Кто бы мог подумать, что спустя 8 лет я буду на собственной шкуре узнавать, как выживают в Париже».
Только что в парижском издательстве «Éditions Tourgueneff» вышла новая книга Наума Блика «Признаки жизни. 2021–2026».
Как и в предыдущих двух моих сборниках, здесь содержатся QR-коды, ведущие на видео с авторским чтением, — разъясняет поэт, — а цифры на обложке сообщают о периоде, в котором появились эти стихотворения. Стоит ли говорить о том, каким он стал для многих из нас…».
Презентация книги прошла 19 апреля в парижском «The Dissident Club» — клубе, где на самом деле встречаются и выступают диссиденты со всего мира.
Вот несколько стихотворений из сборника.
***
От «Нет войне» до «Слава Украине»
Проделан путь, и вот мы в середине
Стоим кто где, ни в счастье, ни в беде,
Едим на лавках, моемся в дожде,
И ветру времени мы верные отныне,
А не от злобы обезумевшей стране.
Где мы любили, были и могли,
Где горизонта линия вдали
Натянута струной и воздух бледен,
Пейзаж такой, как будто бы не едет
Наш поезд никуда, и корабли
Столпились в бухте, будто мрачные соседи.
Под брюхом самолета не тайга,
И не реки угрюмая дуга,
Там бесполезные увещевания, фразы,
Осколки маминой любимой вазы,
И черная, тупая кочерга,
Что скачет по квартире по приказу.
Мы улетели. Нас не проведешь,
На той мякине, что разжевывает вождь,
Толпе, сидящей у телеэкранов,
Наследуя традиции тиранов,
Что на крови замешивали, сплошь
От Северной Кореи до Ирана.
Мы ничего отчизне не должны,
Но чувствуем давление вины
Перед всем миром за поступки,
И подлые дела властей преступных,
Что развязали зарево войны,
Холодные как море множа трупы.
Мы не забудем, будем с этим жить,
В чужом краю, у выжженой межи,
Которая родное распорола,
И в мир, где «Нет войне» теперь крамола,
Мы отправляем хрупкое «держись»,
И рассыпаемся, как взорванная школа.
9.11.2022
***
Смерть, это просто конец игры.
Мы – многочисленные миры,
машем руками. Камень,
мокрый под облаками,
спит на краю обрыва.
Даже в тюрьме есть выбор
чем заменить свободу.
Стоит ли клясть погоду,
если намокли брюки?
Другу смотри на руки,
ну а врагу в глаза.
Делай, когда сказал,
зла не держи, за ним
бездна и черный дым…
Темза, Дунай, Ока,
как ни крути, река
все же сильнее суши.
Может ее разрушить
и превратить в море.
Живущему в коридоре
не объяснить глубин,
и пепел его седин
вовсе не аргумент.
Да, можно дышать во тьме.
Практически полной грудью,
у тьмы-то ведь не убудет.
Скорее, сама тьма
расположится в умах,
разложит по полкам вещи,
и станет ещё зловещей.
Вечная мерзлота.
Млечная высота.
Ты и твое дыханье,
Взгляды и ожиданья,
слезы утрат, тепло,
то, что к тебе пришло,
станет воспоминаньем,
бабочкой под стеклом,
комом и молоком:
всё занесет песком.
Радости и страданья
звездным смахнет платком.
4.12.23
***
Один читатель говорит мне, что я
после смерти ничего от себя не оставлю,
что кану в пучину забытья,
превратившись в ничтожную каплю.
Другая читательница мне сообщает
про стихи мои в школьных учебниках,
что будут подростки читать сообща их,
как мы Велимира читали Хлебникова.
А я о вещах подобных вообще не думаю,
можно сказать, что мне это безразлично.
Я делаю просто из сажи мукý мою,
остальное – вторично.
27.03.24
***
Что ты видишь за большой горою,
неужели пышную равнину?
Чем бы не печалиться герою,
все равно держать прямую спину.
Несмотря на разочарований
вереницу, прочную как леска,
в Осло ли, в Белграде, в Ереване
растворять в стакане капли детства,
говорить с людьми на иностранном,
постигать терпения науку,
то, что не поднять подъемным краном,
остается лишь доверить звуку.
Он умеет проходить сквозь стены,
его слышно даже послезавтра,
в страхе разбегаются гиены,
восстает затравленная правда.
Звуку по плечу умерить муку,
ту разлуку, что судьба всучила,
на бегу, в трясущуюся руку,
в коридоре, там, где нас учила,
понемногу, строго, интересно,
шутки, раздавая, комплименты,
будто бы взъерошенный профессор
культовой, нетленной киноленты.
Вот и вышли мы из той шинели,
из вишневого шагнули сада,
но не потому что так хотели,
просто потому что было надо.
Принимай нас, перемен пучина,
неба мирного иноагентов!
Следуй, следствие, кричи, причина!
Дальше скроллься, новостная лента…
3.07.25
***
Тому, кто основательно отстал
от жизни поезда на тихом полустанке,
успеха чей пустует пьедестал,
и капитал звенит в стеклянной банке.
Тому, среди угрюмых скал потерь,
на времени ветру – одна микстура,
в кулак укутанной останется теперь:
упругость духа и литература.
13.12.25
Борис Барабанов для «СловоНово»
